Ostap Karmodi

Для писем и газет

Меня сейчас читает и комментирует гораздо больше людей, чем обычно, в том числе и люди, которые мне неприятны. Мне интересны любые искрение и продуманные мнения, в том числе и имперско-государственнические. Но хочу сразу предупредить, что, если мне покажется, что некоторым людям в моём журнале не место, я буду банить таких людей без малейших колебаний. И никакие вопли "А ещё демократом себя называет!" тут не помогут.
Потому что я не называю себя "демократом", я называю себя "либертарианцем". Мой принцип - на собственной частной территории каждый волен устанавливать свои порядки. И я уважаю ваши порядки, пока вы уважаете мои. У себя дома вы можете делать и говорить всё, что хотите. Но если вы, без приглашения, решите вломиться в мой дом, то я буду в полном праве пустить вам пулю в лоб. Ну или, по крайней мере, забанить. И моя либертарианская совесть останется абсолютно чиста.

Так что если вы хотите запостить в мой журнал спам, хамский комментарий (неважно, в мой адрес или в адрес других комментаторов), аргументацию ad hominem или просто пофлудить, - можете сэкономить время. Такой комментарий всё равно никто не увидит. Даже я, потому что увидев вышеуказанное, я забаню вас сразу, не вчитываясь в дальнейшее.

P.S. Анонимные комментарии и комментарии из новых пустых журналов не расскриниваются и обычно не читаются. Если вы не ведёте ЖЖ, но хотите вступить в дискуссию, используйте OpenId.

flickr/Quinn Dombrowski


21 октября 2016 года, чуть меньше чем за три недели до выборов нового президента США, в Калифорнии произошло пренеприятнейшее событие. Группа студентов Университета Беркли, требующая выделения для них новых safe spaces (мест, где запрещены оскорбляющие кого-то высказывания), заблокировала мост, ведущий к университетскому кампусу. Протестующие пропускали на мост черных, цветных и азиатских студентов, но преграждали путь белым. Белым студентам, чтобы попасть к корпусам, приходилось переходить вброд ручей под мостом. На видео, набравшем полмиллиона просмотров, слышно, как одному из них активисты сообщают, что проблема именно в его «белости».

На видео также видно, как полиция спокойно наблюдает за происходящим.

Это лишь один из десятков, если не сотен инцидентов вербальной, а то и прямой агрессии в адрес белого большинства, регулярно происходящих в Соединенных Штатах. В Трампе это белое большинство наконец нашло своего кандидата, сплотилось, распрямилось и нанесло сокрушительный удар по политкорректности. Сейчас об этом пишут десятки политических комментаторов: левые — проклиная белых расистов либо, напротив, каясь в перегибах на местах и посыпая голову пеплом, правые — с торжеством и плохо скрываемым злорадством. Единственное, в чем авторы расходятся, помимо эмоциональной оценки произошедшего, — это то, какие именно белые обеспечили Трампу победу. По мнению одних, это бедные необразованные реднеки, жители сельской глубинки. Другие же считают, что это обеспеченные жители городов — слова «мелкие лавочники» авторы не произносят, но явно подразумевают.

на первый взгляд все совпадает. Белые в подавляющем большинстве и правда выбрали Трампа: за него проголосовали аж 58% белых избирателей. Что это, как не белый бунт, вынесший Трампа к власти? Так?

Нет, не так. Достаточно посмотреть на электоральную демографию прошедших выборов, чтобы понять, что Большой белый бунт — не больше, чем миф.

Моя колонка на Reed о том, как сложить голову в культурной войне.

Моя новая колонка про Испанию без правительста, Россию без Путина, а так же про Моторолу, Гагарина, Пушкина и Кота.

Читать здесь.

Открытое письмо Свидетелям Выборов



Достали. Опубликовал на Reed большой ответ Партии оторванной жопы.

Всю прошлую неделю я читал призывы пойти на российские выборы. И все они начинались одинаково — с однозначного признания давно очевидного факта: никакими выборами эти «выборы» не являются. Настоящая оппозиция к выборам не допущена, игрушечная — почти не допущена к агитации, бюллетени наверняка вбросят, протоколы наверняка перепишут и выберут «кого надо». А кого не надо — не выберут. В общем, констатация очевидного.

Но дальше начиналось странное. Взрослые, образованные, умные люди, путаясь в собственных доводах, пытались убедить читателей — а на самом деле себя, — что необходимо зажмуриться и притвориться, что выборы все-таки есть. На эту тему писались огромные трактаты, которым позавидовали бы средневековые схоластики. Обоснования необходимости идти на выборы своей изощренностью не уступали доказательствам существования бога. Аргументов, которые удавалось выудить из длинных риторических пассажей, было мало, и выглядели они жалко: «Выберем хотя бы пару приличных человек», «Хотя бы плюнем им в чайник», «Хотя бы выразим свое мнение». Казалось, авторы и сами себе не верят.

До 19 сентября это выглядело просто забавно. Но когда объявили результаты и выяснилось — как все и предполагали заранее, — что демократы не прошли, тон неожиданно изменился.

Люди, которые в субботу почти что оправдывались за свои призывы идти голосовать и признавались, что и сами не верят в результат, в понедельник уже пылали праведным гневом. Теперь они обвиняли тех, кто «не поднял жопу с дивана», в поражении демократических сил. В том самом поражении, которое они еще два дня назад сами считали неизбежным — и вовсе не по вине избирателей!

Во вторник тон изменился опять. Сидящие на диване оказались если не прощены, то забыты. Гнев агитаторов обратился на кандидатов. «Демократы не умеют работать с электоратом», «У оппозиции не оказалось внятной программы», «Явлинский с Касьяновым всем надоели» и так далее.

Хватит.

Хватит дурить себя и пытаться дурить окружающих.


Дальше про традиционную фальсификацию результатов, самообман тех, кто призывал оторвать жопу, текущую политическую ситуацию и выводы, которые из всего этого следуют.

"Демократия – довольно хитрая штука. Возможно, она годится не для каждой страны. Люди должны заслужить демократию. Говорят, что Путина сейчас поддерживает 85% населения. Все выглядит так, как будто его правление демократическое. Но я знаю, что в России нет демократии. Вероятно, эти 85% просто не знают, что страной можно управлять иначе, лучше. В Турции похожая ситуация. Люди довольны тем, что делают Эрдоган или Путин, потому что не видели ничего лучшего. К сожалению, в России все еще безнадежней, чем в Турции – там только 15% недовольных тем, как ими управляют. В Турции таких – половина".

Взял интервью у турецкого ученого, успевшего уехать из страны всего за пару часов до запрета на выезд научных работников. Узнал много нового о дружбе и ссоре Эрдогана с Гюленом, чистках в армии (эта далеко не первая), списках на увольнения, и вопросах, которые задают при приеме на работу в университеты. Понял, что в Турции всё совсем не так просто, как рисует российская и западная пресса.

"В начале месяца в сети снова заговорили про Фонса Тромпенаарса и его классификацию культур. Для тех, кто вдруг пропустил, напомню: голландский исследователь Тромпенаарс делит культуры на несколько категорий. В том числе на культуры универсалистские (в которых действуют единые для всех правила) и партикуляристские (в которых правила меняются в зависимости от ситуации).

Одной из иллюстраций такого различия стал следующий опрос:«Вы едете с другом по городу на машине, друг за рулем. Он сильно превышает скорость и сбивает пешехода. Других свидетелей, кроме вас, нет. Соврете ли вы под присягой, чтобы спасти друга от тюрьмы?»

Тромпенаарс проводил такой опрос в разных странах, и везде люди отвечали по-разному. На одном, универсалистском, конце спектра оказались США, Англия и Швейцария: в этих странах больше 90% опрошенных не стали бы врать ради друга-преступника. С противоположной, партикуляристской, стороны разместились Россия, Китай и Венесуэла. Для большинства в этих странах дружба оказалась важнее закона.

Исследователь иллюстрирует культурное различие историей о том, как на одном из таких опросов среди группы французов была одна англичанка. Первым делом она уточнила, в каком состоянии находится пешеход. Остальные участники спросили ее, что это меняет. Один из французов тут же объяснил остальным, что, разумеется, если пешеход серьезно покалечен или погиб, то друга обязательно надо спасать. Англичанка нервно рассмеялась и сказала, что, с ее точки зрения, все обстоит ровно наоборот.

Такой партикуляризм я каждый день наблюдаю в фейсбучной ленте.

Например, после теракта в Мюнхене кремлевский политолог Сергей Марков написал, что в терроре виноваты правительства Германии и Франции. Почему? Да потому, что они ведут гибридную войну против России и поддерживают неонацистов в Киеве. Он написал об этом аж три поста. Сочувствие Марков выразил лишь в одном, и то мимоходом, да к тому же не жертвам, а «европейским друзьям». Я не знаю, хотя и догадываюсь, кто является европейскими друзьями Маркова. Но у меня с ним три общих друга в фейсбуке.

Пять общих друзей с Марией Захаровой, пять общих друзей с Арамом Габреляновым, три общих друга с Маргаритой Симоньян. Возьмите наугад любого российского упыря — и, если он есть в фейсбуке, у меня с ним найдутся общие друзья.

Кто там самый одиозный? Конечно, Яровая. Посмотрим. Увы, в фейсбуке ее нет. Кто еще? Депутат Виталий Милонов. Точно, есть один общий друг. Найдется все! Если бы в фейсбуке был Путин, у меня и с ним бы были общие друзья, я в этом совершенно уверен.

Ну и что такого? - спросят многие, - это же просто фейсбук.

Но это не просто фейсбук. В реальной жизни происходит то же самое. Помните Венедиктова, делающего селфи с Леонтьевым, и Макаревича, мило беседующего с Песковым? Впрочем, это было два года назад. Есть куда более близкий пример".


Таких друзей за хер да в музей. Моя первая колонка для Reed - про то, как дружба убивает гражданское общество.

(почему художник выбрал для моего текста именно такие картинки я и сам не знаю.)

"Когда ты сообщаешь в Москве, что ты переезжаешь в Киев, это воспринимается многими как дауншифтинг, то есть там же нечего делать, там ничего не происходит. Но реально это не так, потому что здесь очень много всего происходит и в плане публичных мероприятий любого жанра, от лекций по химии до каких-то благотворительных ярмарок хипстерских, здесь Европа ближе – это тоже чувствуется. Когда мы искали стажеров в редакцию среди киевских студентов, нас удивила глобализованность этого поколения, мне кажется, в Москве такого нет.
Сейчас все самое интересное происходит в Киеве, будущее нашего постсоветского мира решается здесь. Годом раньше, когда я приезжала сюда как журналист, а мои будущие коллеги уже запускали здесь проект, мы ходили на Майдан, были в захваченных протестующими людьми зданиях, общались с волонтерами. Этих двух дней хватило, чтобы понять, что все рассказы о том, что Майдан срежиссирован западными кукловодами, не имеют под собой почвы. Во-вторых, что победа украинской революции не была случайным стечением событий. Задолго до Майдана здесь выстраивались горизонтальные связи и вообще в обществе было гораздо более, чем мы привыкли в России, здоровое понимание роли государства, более настороженное отношение к нему.
Эти горизонтальные связи поразили меня даже больше, чем смелость людей. Параллельно в России происходило ровно обратное, происходило плавное разрушение этих хрупких связей, которые успели построиться за последние годы. Борьба с гражданским обществом, борьба с медиа, которую я, к сожалению, на себе тоже почувствовала, борьба с независимой политикой, которую я тоже на себе почувствовала, потому что была муниципальным депутатом, баллотировалась в Московскую городскую думу, на меня и моих волонтеров нападали. Те же люди, которые меня двумя годами раньше избрали в депутаты, подходили и называли нас национал-предателями".

Мое интервью с московским политиком Верой Кичановой, переехавшей в Украину и возглавившей там журналистско-просветительский проект Reed. О хождении во власть, переезде из Москвы в Киев, вышиванках, Правом секторе и киевском гей-параде

В Британской политике сейчас происходит кровавая бойня, достойная первых сезонов "Игры престолов". Скоро и на континенте полетят первые головы.
Моя новая статья на InLiberty: Полная история самой громкой политической расправы в новейшей истории Англии. Как Борис Джонсон выиграл референдум, но был подло уничтожен ближайшим соратником.
В качестве бонуса - все, что вы хотели знать о Brexit-е: почему Кэмерон объявил референдум, почему
и как он его проиграл и что будет дальше.
В общем, настоящий лонг-рид.

Спешите видеть - головы летят очень быстро. Один из персонажей статьи уже отправился в небытие через час после ее публикации, а еще один может последовать за ним сегодня. Угадайте, какой.

Новый жанр: мы спрашивали - мы и отвечаем. Все, что вы хотели знать об Украине, но не понимали, где это найти. Инфографика: два года президента Порошенко в цифрах, фактах и лицах. Сделано вот этими руками без единого гвоздя.
Пару месяцев назад мы с ondrej задали вопрос: "Что стало с людьми из януковичевской команды, которых публично обвиняли в преступлениях, и фигурантами громких коррупционных скандалов последних двух лет? Интересно было бы посмотреть пофамильный список этих людей, где напротив каждой фамилии было написано, что с этим человеком происходит сейчас".
Ответа на него мы так и не получили. Поэтому пришлось отвечать самостоятельно - и на этот вопрос и на много других.

Кто уволен и кто остался? Кто сидит и кто на свободе? Что отвоевали и что потеряли? Зрада или все же перемога? Все, что вы хотели знать об Украине - в большой интерактивной инфографике, над которой я с помощью ondrej не покладая мыши работал последние три недели.

Смотреть здесь.